(EE)
EN / RU
Сообщество

«Мы хотим сделать книгу необходимой для читателей»

Магазин Jafer Books. Аддис-Абеба, Эфиопия, январь 2021 года
Фотографии Николая Стеблина-Каменского

Джафар Шифа (ጃዕፋር ሽፋ) — владелец одного из самых крупных книжных магазинов Аддис-Абебы Jafer Books. Там всегда людно и оживленно, Джафар работает с тремя сотрудниками, но со стороны кажется, что даже вчетвером они не вполне справляются с потоком покупателей. Активная торговля здесь сочетается с дружеским общением и обсуждением книг. Антрополог Николай Стеблин-Каменский, недавно побывавший в Эфиопии, пообщался с Джафаром и узнал, как тот занялся книжной торговлей и что вдохновляет его на работу. 

Николай Стеблин-Каменский: Расскажи, где ты родился? 

Джафар Шифа: Я родился в Аддис-Абебе в районе Мэсалемия-МобильМэсалемия-МобильТорговый район, расположенный между автобусным вокзалом и мечетью Аль-Ануар. В Аддис-Абебе он славится тем, что из него вышли многие известные в стране футболисты. в 1982 году. По-другому это место еще называют Куас-Меда («футбольное поле»). 

НСК:Что ты помнишь из детства? Расскажи о семье.

ДШ:Моя семья была бедной. Нас было восемь детей: четыре мальчика и четыре девочки. Отец работал на одного человека, а мама зарабатывала стиркой белья. Они родились не в Аддис-Абебе, а приехали сюда из зоны Гурагезоны ГурагеЗона — административно-территориальная единица второго уровня. Гураге — название одного из народов, представители которого живут на севере Эфиопии.

НСК:А ведь многие гураге по приезду в Аддис-Абебу начинали заниматься торговлей и поденщиной. Я слышал, например, что такие известные люди, как музыкант Махмуд АхмедМахмуд АхмедОдин из самых известных эфиопских певцов. Родился в 1941 году в Аддис-Абебе. Начал карьеру певца в 1962-м, когда его взяли в оркестр Почетного караула императора Хайле Селассие I. и искусствовед Сыюм ВольдеСыюм ВольдеСыюм Вольде (1944–1995) — художник, искусствовед, основатель Союза художников Эфиопии. С 1969 по 1975 год учился в Москве. Пересказ его биографии можно прочитать здесь., работали с самого детства. 

ДШ:Да! Хоть я и не чистил обувь, как Махмуд Ахмед, но подрабатывал курьером у разных людей. Еще мыл машины. Приходилось носиться и делать все это, потому что наша семья нуждалась, и никого не было, кто бы нас поддержал. Я должен был работать ради них.

НСК:А в школу ты...

ДШ:Я закончил все 12 классов!

НСК:То есть ты совмещал учебу в школе и работу?

ДШ:Да. А знаешь почему? Моя мама, хотя сама не училась в школе, очень высоко ценила образование. Она всем своим детям дала возможность окончить школу. Если бы кто-то из нас не пошел учиться, она не пустила бы его на порог!

НСК:И во сколько лет ты занялся книжной торговлей?

ДШ:Я начал заниматься книгами сразу после окончания школы, в 2000 году.

НСК:Но почему именно книги?

ДШ:Понимаешь, после окончания школы у меня появилось свободное время, которое я проводил с друзьями. Маме это очень не нравилось: она боялась, что я попаду под плохое влияние. Она столько сил отдала, чтобы дать нам образование, и ей не хотелось, чтобы все было напрасно. Ты знаешь писателя Аугачеу ТэрэфэАугачеу ТэрэфэЛитературный псевдоним писателя Хируя Минаса (1951–2019). Работал редактором и переводчиком в издательстве «Кураз». На русском языке его издавали в сборнике «Загляни за горизонт: Современная проза Эфиопии». М., 1986.?

НСК:Да. Это автор повести «Сумасшедший»? 

ДШ:Да. Мы с ним соседи. Так вот, моя мама попросила его меня чем-нибудь занять — лишь бы я не бездельничал. Так как Аугачеу Тэрэфэ сам в юности занимался торговлей книгами, он и меня пристроил. Сперва я стоял, разложив свои книги на клеенке, на улице в районе Национального театраНационального театраНациональный театр (Быхерави) был основан в 1955 году в честь двадцатипятилетия правления императора Хайле Селассие I. Район вокруг театра стал местом культурного притяжения и одним из открыточных видов Аддис-Абебы.. Так же как сейчас торгуют в районе Арат-КилоАрат-КилоКруглая площадь с обелиском, поставленным в честь коронации Хайле Селассие в 1930 году. Арат-Кило можно назвать университетским районом и одним из популярных мест встреч у молодежи.. Аугачеу познакомил меня с бизнесменом Тэклэ, у которого был книжный магазин в Кольфе. Купил там 17 книг — с них я и начал. Бывали дни, когда мне ничего не удавалось продать. Так я торговал пять лет. 

НСК:Ты читал книги, которые продавал? 

ДШ:Конечно! Тогда у меня было много свободного времени. Почти все книги, которые я читал, были художественными. Исторических почти не было. Я помню, что чтение меня поглощало.  

Джафар Шифа в своем магазине. Аддис-Абеба, Эфиопия, январь 2021 года
Фотографии Николая Стеблина-Каменского

НСК:Один мой приятель рассказывал, что знал тебя еще в те времена. И говорил, что дарил тебе какие-то книги. Люди часто так делали? 

ДШ:Да, такое случалось. Когда торговля наладилась, многим нравилось, что я занят делом, и меня старались подбодрить. 

НСК:А как формируется цена книги? Она всегда указывается на обложке?

ДШ:Да, всегда. Тогда она не была большой: 15, 20, самое большое — 25 эфиопских быр. Мы покупали их со скидкой 25% и продавали тоже со скидкой, но небольшой. Мне оставалось 5–10% с цены книги. 

НСК:И как получилось, что тебе удалось открыть собственный магазин?

ДШ:Когда я начал бизнес, то сразу понял, что нужно расширяться. Если оборот может быть больше, то необязательно оставаться уличным торговцем. А если будет лавка, тогда, может быть, будет больше покупателей? Они будут лучше меня знать, будут приводить знакомых. Мне помогли найти небольшое помещение рядом с Национальным театром. Но потом этот ларек снесли: у меня не было документов, а он был построен без разрешения. Пришлось снова торговать на улице. Потом один человек помог мне найти помещение. Я начал там работать, получил разрешение. Начал активно торговать, но через семь лет и его снесли: там собирались строить многоэтажный дом, и место выкупили. Тогда я оказался в больших неприятностях: было неясно, что делать дальше. Я стал узнавать про место, где мы сидим сейчас, можно ли его арендовать. Говорил, что мне нужно скорее переехать, чтобы не испортились книги. В конце концов мне назвали цену, и я согласился. До меня никто не открывал магазин в многоэтажном доме, это большой риск, если знать наш книжный рынок. 

НСК:Почему никто не рисковал?

ДШ:Очень дорогая рента. В таких местах чаще всего открываются банки. А я решил, была не была, даже если обанкрочусь. Но у меня была уверенность, что все получится. Так что в 2015 году мы открыли здесь магазин и сразу стали активно себя рекламировать, рассказывать о книгах, которые продаем. И покупателей стало больше. Я не выбираю книги ни по какому принципу. Мы продаем самые разные книги, даже религиозные, причем от авторов разных исповеданий. Потому что я не знаю, кто сюда может прийти. Может, ему нужна психология, или художественная литература, или философия, или поэзия? Я считаю, что должно быть максимальное разнообразие. У нас в стране книга — не то же, что и другие товары. Если, например, нужна одежда, ее можно найти во многих местах. А с книгами не так, и поэтому я стараюсь сохранять максимальное разнообразие в магазине. Мы хотим, чтобы читатели смотрели на книгу как на необходимость, и пропагандируем чтение. Людям нравится, что мы им рекомендуем, и я надеюсь, что когда-то покупка книги будет такой же обязательной, как покупка одежды. Это моя цель.

Моя цель, чтобы все читали. В разговорах мало полезного, а из книги можно хоть что-то почерпнуть. Ты не думаешь о чем-то плохом, не планируешь войны и идешь прямо домой, чтобы скорее закончить книгу

НСК:Но, чтобы давать советы, ты должен сам много читать? 

ДШ:Конечно, я читаю по воскресеньям. В этот день я не работаю, занимаюсь спортом, играю с детьми и читаю. А во все другие дни я в магазине с 7 утра до 10 вечера. 

НСК:Не надоедает?

ДШ:Нисколько! Приходят разные люди, это всегда интересно. И известные люди, и очень начитанные. Постоянно с кем-то знакомишься, узнаешь, что они хотят, что они читают. Я всегда стараюсь быть внимательным к посетителям и никого не огорчать. Меня вдохновляет идея сделать чтение более популярным в нашей стране. В нашей стране не так-то много людей читают. Иногда видишь, как люди в кафе сидят, о чем-то разговаривают, а кто-то пьет чай и читает. Или в автобусе: большинство разговаривают, но пара человек будет с книгами. Моя цель, чтобы все ехали и читали. В разговорах мало полезного, а из книги можно хоть что-то почерпнуть. Ты не думаешь о чем-то плохом, не планируешь войны и идешь прямо домой, чтобы скорее закончить книгу. Те же, кто любит посплетничать, туда не идут.

НСК:А ты сам какие любишь книги? 

ДШ:Сейчас мне больше всего нравится читать биографии, а раньше читал художественные книги. Ну и книги о бизнесе иногда читаю. Чтобы развивать дело.

НСК:Мне казалось, что у тебя есть издательство?

ДШ:Нет, но я об этом думаю.

НСК:На каких-то книгах я видел вашу печать. Что это значит?

ДШ:Это не знак издательства, это реклама нашего магазина. Когда люди видят ее, то понимают, что книгу можно будет найти у нас по хорошей цене. Такого рода идеи я взял из книг по бизнесу — сделать свое имя максимально видимым. Если бы продавали книги без этого знака, то люди и не узнали бы, откуда они взялись. А так они идут к Джафару — и делают это охотно, так как здесь постоянные скидки. 

НСК:А здесь всегда дают скидку? Даже если покупаешь одну книгу?

ДШ:Да! Это делается, чтобы поддержать читателей. Здесь книги очень быстро продаются.

НСК:А другие владельцы магазинов как на это смотрят? Это же называется демпинг, нет?

ДШ:В некотором смысле да. Но смотри, если я тебе захочу продать две книги по 190 быр, то ты можешь передумать. А если по 100 быр, то возьмешь обе.

НСК:Другое направление — телеграм-канал. Когда вы его начали вести? Сейчас у вас очень много подписчиков. Мне самому нравится информация, которую вы там публикуете.

ДШ:Телеграм-канал веду иногда я, но в основном им занимается Сайфэдин — один из работников магазина. Он молодец! Покупателям нравится, они открывают канал, чтобы посмотреть, какие вышли новинки, и потом приходят уже за чем-то конкретным.

В магазине Jafer Books. Аддис-Абеба, Эфиопия, январь 2021 года
Фотографии Николая Стеблина-Каменского

НСК:И еще важный вопрос — как на твоей работе отразился коронавирус? Я как раз в вашем канале видел сообщение: «Носите маски, будьте осторожны». И когда я сюда пришел и хотел пожать руку твоему сотруднику, он напомнил мне об ограничениях. Но как шла торговля? Были ли покупатели? И как вы предостерегали посетителей?

ДШ:Мы постоянно оповещали о вирусе, вели разъяснительные беседы у дверей магазина. Сделали рукомойник на улице, здесь внутри все использовали санитайзер. И всех просили надевать маски. Это важно не только для тех, кто пришел, но и для нас самих, для моей семьи. Удивительно, но в то время было очень много клиентов. Когда пошли разговоры, что на две недели все закроется, люди стали приходить и покупать книги сумками. Наверное, думали о том, как им сидеть 15 дней. Это факт! Я сам был удивлен. Люди приезжали на машинах и закупались книгами. Конечно, можно в свободное время посмотреть фильм или заняться спортом, но это надоедает. И книги, конечно, могут надоесть, но многие все равно предпочитали чтение.

НСК:Еще один вопрос про книги. А по твоему мнению, все книги хороши? Разве не бывает книг, которые ты не хотел бы продавать? 

ДШ:Да, конечно, есть такие. Если в книге какие-то плохие идеи, я и сам не буду ее читать, и тебе давать не буду, но в магазине есть и они. Люди бывают разных взглядов, но я просто не предложу ее покупателю.

Авторы
Джафар Шифа
Книготорговец из Аддес-Абебы, столицы Эфиопии. Основатель одного из крупнейших городских магазинов Jafer Books.
Николай Стеблин-Каменский
Африканист. Изучал амхарский язык на Восточном факультете СПбГУ, социолингвистику на факультете антропологии Европейского университета в Санкт-Петербурге. Интересуется современной эфиопской культурой, пишет диссертацию про трудовую миграцию из Эфиопии, работает с африканскими коллекциями Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера).