(EE)
EN / RU
Сообщество

Цифровой труд в Германии и Румынии

Снимки из серии «Семейные портреты» (Family Portraits), 2019 год
Фотографии предоставлены Марией Мавропулу

Онлайн-платформы, как крупные, так и небольшие, стали важной частью жизни, особенно на Западе. Их работа — как и большей части цифрового и вроде бы полностью автоматизированного мира — поддерживается за счет привлечения низкооплачиваемых исполнителей со стороны. Большинство этих невидимых работников живут в странах Глобального Юга, включая Индию. Куда меньше внимания уделяется росту числа цифровых работников в Восточной Европе. Свой анализ сложившейся ситуации предлагает социальная исследовательница Мира Уоллис. Этот текст опубликован в партнерстве с изданием Berliner Gazette в рамках их проекта BLACK BOX EAST.

Весной 2020 года кризис, вызванный пандемией коронавируса, хотя бы на какое-то время привлек внимание к проблеме зависимости немецкой экономики от труда мигрантов. Запрет на въезд в страну сезонным рабочим, по прогнозам сельскохозяйственных ассоциаций, должен был привести к перебоям в поставках фруктов и овощей. В итоге десятки тысяч восточноевропейских работников отправили в Германию самолетами по специальным разрешениям. В мае на фермах по выращиванию спаржи и клубники в западногерманском Борнхайме произошла забастовка занятых в уборке урожая румынских рабочих. Это вызвало большой резонанс. Среди прочих звучали требования о выплате задержанных зарплат и улучшении условий проживания. Труд мигрантов, зачастую попадающих в страну именно из Восточной Европы, остается необходимым условием функционирования немецкой экономики, причем не только в сфере сельского хозяйства, но и в мясной промышленности, здравоохранении, логистике и многих других областях.

В этом тексте я рассматриваю иную, относительно новую группу работников из Восточной Европы, которые тоже удовлетворяют спрос как на высококвалифицированный, так и на низкоквалифицированный дешевый труд. Правда, им не нужно физически въезжать в Германию, чтобы подыскать себе место: их рабочая сила мигрирует туда виртуально с помощью цифровых платформ, сами же исполнители остаются в странах проживаниястранах проживанияMoritz Altenried, Manuela Bojadžijev, Mira Wallis, “Platform (Im)mobilities: Migration and the Gig Economy in Times of COVID-19” in Routed (Epidemics, Labour and Mobility), Issue 10 (2020)..

Это так называемые краудсорсинговые работники, которые каждый день подключаются к платформам Upwork, Microworkers или Appen и удаленно выполняют размещенные там задания. Среди них есть и небольшие задачи с оплатой в несколько центов, не требующие особой подготовки, — вроде категоризации изображений или записи образцов реплик (микрозадачи). Эта информация используется, например, в качестве тренировочных данных для самообучающихся систем искусственного интеллекта. Но есть там также и сложные и трудоемкие операции, такие как переводы, программирование и веб-дизайн (макрозадачи), некоторые из которых предполагают почасовую оплату.

Мало внимания уделяется росту числа цифровых работников в Восточной Европе и тому, как в глобальной цифровой экономике соотносятся европейский «центр» и «периферия»

Платформы предлагают компаниям решение проблемы дефицита трудовых ресурсов, а также открывают доступ к рабочей силе, которая рассредоточена по миру, недорого стоит, легко масштабируется и гетерогенна в культурном смысле. Обладатель цифрового устройства со стабильным интернет-соединением может работать в любое время суток и из любого места. Тем не менее чаще всего задачи выполняют из дома, из-за чего занятость с использованием краудсорсинговых платформ называют также домашним цифровым трудомцифровым трудомMira Wallis and Moritz Altenried, “Zurück in die Zukunft: Digitale Heimarbeit” in Ökologisches Wirtschaften 33:4 (2018), 24–26..

В общественных дискуссиях о том, какие изменения цифровизация вызывает в мире труда, краудсорсинговая работа, которую также называют платформенной экономикой краткосрочных контрактов (gig-economy), на протяжении последних лет обсуждается все чаще и чаще. Если говорить о глобальности, рассредоточенности этого типа цифрового труда по миру, то обычно подчеркивают — и не без оснований, — что большинство краудсорсинговых рабочих находятся в странах Глобального Юга, включая Индию, Бангладеш, Пакистан и Венесуэлу.

Куда меньше внимания уделяется росту числа цифровых работников в Восточной Европе и тому, как в глобальной цифровой экономике соотносятся европейский «центр» и «периферия». И все это несмотря на то, что, согласно отчету Всемирного банка от 2015 года, Румыния и Сербия лидируют в рейтинге странрейтинге странSiou Chew Kuek et al, The Global Opportunity in Online Outsourcing (Washington, D.C., World Bank: 2015). по доле населения, занятого в онлайн-аутсорсинге. Ученые Исследовательского центра публичной политики также отмечают, что с 2019 года количество краудсорсинговых рабочих в Юго-Восточной Европе возросло. Наряду с Румынией и Сербией исследователи особо выделяют Северную Македонию.


Между Германией, Румынией и США: краудсорсинг в Трансильвании 

Габриэла (имя изменено) — одна из краудсорсинговых работниц, с которой я познакомилась в ноябре 2019 года во время полевого исследования в румынском городе Клуж в Трансильвании. Габриэле 26 лет, по образованию она ветеринар. Помимо румынского и венгерского языков, она также говорит на немецком как на родном. Как известно из богатой истории региона, Трансильвания долгое время была частью двуединой монархии Австро-Венгрии, из-за чего большинство венгерских и немецких меньшинств Румынии все еще проживают на этой территории.

Детство Габриэлы прошло в Германии, так как ее отец, чьи предки были немцами, получил там политическое убежище в 1988-м — за год до того, как пал режим Чаушеску. Когда Габриэле было 13, семья вернулась в Румынию. В 2012 году она начала учебу в Клуже и сразу же принялась искать способы обеспечить себя. Кроме работы в службе поддержки и компаниях по управлению перевозками, она испробовала разные онлайн-платформы, предоставляющие услуги по переводу, расшифровке текстов и озвучиванию. В итоге остановилась на одном из крупнейших сервисов — американском Upwork, который предлагает разнообразную цифровую работу (преимущественно требующую высокой квалификации). 

Гиг-экономика способствует, во-первых, возникновению новой формы спекуляции на труде, а во-вторых, предоставляет доступ к гетерогенной, разнообразной в культурном отношении рабочей силе

В последние семь лет работа, которую Габриэла получала при помощи Upwork, периодически носила характер подработки, периодически — была основной занятостью, но так или иначе всегда оставалась ключевым источником ее дохода. Заказчики — в основном немецкие компании, средний бизнес и IT-стартапы, для которых Габриэла выполняет те или иные поручения, начиная от взаимодействия с потребителями и переводов до подбора персонала и организации мероприятий. Такого типа самозанятость приносит ей 8 евро в час — это гораздо больше румынской зарплаты ветеринара. В 2019 году минимальная оплата труда в Румынии составляла 446 евро в месяц, средний чистый доход по стране — 650 евро. В интервью Габриэла указывает на этот разрыв в заработной плате как на ключевую причину привлекательности цифровых платформ как для нее, так и для ее клиентов. Она также называет своим преимуществом при поиске подобной работы владение немецким языком на высоком уровне и знание культурных традиций:

«С платформой Upwork точно работает много немцев и людей, говорящих на немецком. Им нужны немецкие манеры по румынским ценам, при этом найти кого-то, кто не только говорит по-немецки, но еще и ведет себя как немец, общаясь с потребителями тех или иных услуг, крайне трудно… [Клиенты] Upwork всегда хотят одного и того же. На самом деле им нужны немцы, но они не хотят оплачивать труд личного ассистента, даже на условиях частичной занятости. Не знаю, сколько составляет минимальная оплата труда в Германии, но не думаю, что кто-нибудь там согласится работать личным ассистентом за 200 евро».

Таким образом, важны оба фактора: низкая почасовая оплата, которая причитается Габриэле (по сравнению с краудсорсинговыми работниками из Германии), и знание немецкого языка и культуры. Этот пример показывает, как гиг-экономика способствует, во-первых, возникновению новой формы спекуляции на труде, а во-вторых, предоставляет доступ к гетерогенной, разнообразной в культурном отношении рабочей силе.

Мария Мавропулу. Снимки из серии «Семейные портреты» (Family Portraits), 2019 год

Цифровые платформы и спекуляция на труде

Краудсорсинговые платформы предоставляют компаниям доступ к дешевому труду на временной основе и гибких условиях. Таким образом они создают новый тип глобального разделения трударазделения трудаMoritz Altenried, “Die Plattform als Fabrik. Crowdwork, Digitaler Taylorismus und die Verviel- fältigung der Arbeit” in PROKLA. Zeitschrift für kritische Sozialwissenschaft (47:2, 2017), 175–192.: «традиционные» формы регулирования децентрализованной работы, выполняемой из дома (например, по сдельному принципу), комбинируются с новыми механизмами цифрового управления, основанного на алгоритмах. Это заставляет работников, рассредоточенных по всему миру, постоянно конкурировать друг с другом, несмотря на разницу часовых поясов, и тем самым позволяет сбивать зарплаты все ниже.

Так платформы способствуют дальнейшим рыночным спекуляциям — извлечению выгоды из разницы в уровне зарплат, затрат на воспроизводство и временной разнице между рынками трударынками трудаMark Graham and Mohammad Amir Anwar, “The Global Gig Economy: Towards a Planetary Labour Market?” in First Monday (24:4, 2019); Shehzad Nadeem, The uses and abuses of time: globalization and time arbitrage in India’s outsourcing industries in Global Networks (9:1, 2009), 20–40.. Румынские краудсорсинговые работники, предлагая через Upwork свои услуги в качестве виртуальных помощников и разработчиков программного обеспечения, обходят немецких, соглашаясь на более низкие ставки, но в то же время не могут конкурировать с работниками из Индии и с Филиппин. Такая бизнес-модель основана на неравных условиях воспроизводства рабочей силы на местах.

Несмотря на прекарные условия труда, изменчивый характер задач, отсутствие защиты от необоснованного отказа от выполненной услуги, во многих регионах мира краудсорсинговые работники могут, вовлекаясь в глобальную цифровую экономику, получить куда больше, чем сулит им местный рынок труда. Кроме того, ожидания «стандартных трудовых правоотношений», предполагающих социальные гарантии и перспективу «достойной» пенсии, из которых в Западной Европе исторически извлекала выгоду лишь небольшая группа работников, в восточноевропейских странах вроде Румынии совсем слабы.


«Немецкие манеры по румынским ценам»

Однако краудсорсинговые платформы предоставляют доступ не просто к дешевой рабочей силе. Аутсорсинг, реализуемый через эти площадки, привлекателен для клиентов не только из-за стоимости труда, но и в силу его гетерогенности и глобальностиглобальностиMoritz Altenried, The Digital Factory (Chicago: 2021, forthcoming).. Спрос особенно высок в отраслях, связанных с разработкой и использованием искусственного интеллекта, так как для создания и оптимизации моделей машинного обучения требуются люди из разных культур, чтобы снабжать алгоритмы местным языковым и культурным материалом. Если, например, компания Amazon хочет продвигать своего виртуального помощника Алексу среди румынских потребителей, то ее программное обеспечение должно тренироваться на всех тех языках, диалектах и акцентах, что используются в стране.

Немецкие компании ищут себе виртуальных помощников — немецкоговорящих фрилансеров, уповая на «немецкие манеры по румынским ценам»

Правда, культурный фактор имеет значение в найме временных работников не только в отраслях, связанных с разработкой ИИ. По словам Габриэлы, через Upwork немецкие компании ищут себе виртуальных помощников — немецкоговорящих фрилансеров, уповая на «немецкие манеры по румынским ценам».

Другие краудсорсинговые работники из Румынии пояснили в интервью, что некоторые заказчики, размещая объявления о работе, ограничивают поиск «европейскими» гражданами, тем самым исключая представителей определенных национальностей Глобального Юга вроде жителей Индии и Филиппин, активно использующих подобные платформы. В результате такой дискриминации работники из этих стран иногда используют следующую стратегию: чтобы получить доступ к более высокооплачиваемым типам работ, они «арендуют» аккаунты румын или других европейцев за небольшую комиссию.


Цифровой аутсорсинг в страны Восточной Европы

Восточная Европа играет особую роль в глобальной экономике цифрового труда. Краудсорсинговые работники из этого региона обходятся дешевле многих западноевропейских граждан и одновременно с этим оказываются в более привилегированном положении по сравнению с работниками Глобального Юга. Логика аутсорсинга с помощью цифровых платформ похожа на традиционные формы аутсорсинга, которые предполагают физическое перемещение структурных подразделений того или иного бизнеса или его внутренних процессов, — в Восточной Европе подобные практики имеют долгую историю. 

В этом смысле Восточная Европа предлагается западноевропейским заказчикам, особенно из IT-сектора, в качестве более выгодной локации для аутсорсинга. По сравнению с далекими странами Глобального Юга, здесь близкие часовые пояса, а работники ближе к нанимателям в культурном смысле. В то же время многие восточноевропейские страны вроде Румынии стараются упрочить статус IT-регионов, развивая свою цифровую инфраструктуру и занимаясь профессиональной подготовкой квалифицированных кадров. В Румынии IT-индустрия — одна из важнейших отраслей экономики страны, и правительство пытается в первую очередь подтолкнуть молодых людей к работе в высокотехнологичных отраслях, например ослабляя налоговую нагрузку для занятых в них фрилансеров. 

Это тоже не новое явление. Румыния уже занималась подготовкой высококвалифицированной рабочей силы в области информатики и кибернетики — в социалистическую эпоху.социалистическую эпоху.Erin McElroy, “Digital nomads in siliconising Cluj: Material and allegorical double dispossession” in Urban Studies (2019), 1-17.

Мария Мавропулу. Снимки из серии «Семейные портреты» (Family Portraits), 2019 год

«Экраны устройств — единственный способ, с помощью которого мы можем получить доступ к параллельной Вселенной интернета, созданной человеком. [...] Мы смотрим на них, прикасаемся к ним и говорим с ними почти как с близкими. Признание этого заставило меня посмотреть на эти устройства иначе. В этой серии я снимаю семейные портреты устройств, переворачивая субъектно-объектные отношения».

Краудсорсинговая работа как новая форма трудовой миграции

Чтобы понять, почему растет количество цифровых работников в определенных регионах и странах вроде Румынии, нам нужно рассматривать не только спекуляцию на рынке труда, но и региональные и локальные особенности, характерные для столь гетерогенной рабочей силы. С одной стороны, это ставит вопрос о том, что именно делает таких работников привлекательными для заказчиков, а с другой — позволяет задуматься над тем, что заставляет краудсорсинговых работников прибегать к использованию платформ и как их мотивации согласуются с состоянием местных рынков труда и условиями их воспроизводствавоспроизводстваMira Wallis, “Digitale Arbeit und soziale Reproduktion: Crowdwork in Deutsch- land und Rumänien” in Altenried, Moritz/Dück, Julia/Wallis, Mira (eds.): Plattformkapitalismus und die Krise der sozialen Reproduktion, (Münster: 2021, forthcoming).

Приведенный пример краудсорсинговой работы в Германии и Румынии (и между ними) позволяет показать, что цифровые платформы вовлекают немецкие компании в новый тип аутсорсинга на «периферию» Европы. И такой аутсорсинг в своей основе имеет исторически сложившиеся политические, экономические и культурные отношения между двумя странами. Хотя сейчас немецкое меньшинство в Румынии насчитывает лишь 40 тысяч человек, многие румыны изучают немецкий, чтобы повысить свои шансы на рынке труда. Кроме того, публикуемые на платформах временные вакансии, особенно в IT-секторе, как правило, требуют знания английского, а не немецкого языка. Тем не менее доступ к более высокооплачиваемой работе, анонсированной на той или иной цифровой платформе, — какой бы эта работа ни была — для многих румын крайне ограничен.

Краудсорсинговые платформы уже привели к достаточно серьезной трансформации не только трудового мира, но и форм миграции, и самих миграционных практик

Большинство краудсорсинговых работников, обращающихся к платформам вроде Upwork, имеют высшее или среднее образование, владеют иностранным языком, а их возраст — от 20 до 40 лет. Даже если платформы оказываются ключевым источником дохода главным образом для молодых людей с высоким уровнем образования, число виртуальных мигрантов из Румынии неуклонно растет. В то же время многие румыны, разумеется, следуют по «классической» траектории трудовой миграции в Западную Европу, формируя наиболее быстро растущую в Германии группу мигрантов. Около 5 миллионов румын сейчас проживают и трудятся за рубежом — это четверть всего населения страны. Как в будущем изменятся две различные формы миграции? Какую роль в долгосрочной перспективе будут играть платформы в системе немецкого труда и его мобильности? 

Если вернуться к забастовке румынских работников в Борнхайме, упомянутой в начале статьи, вопрос о том, в какой степени новые формы борьбы за улучшение условий труда повлияют на экономику цифрового труда, остается открытым. Если предыдущие результаты организации краудсорсинговых работников имели преимущественно цифровой характер, то один из первых в мире уличных протестов цифровых работников можно сейчас наблюдать в соседней с Румынией Сербии. В начале апреля около 2 тысяч человек откликнулись на призыв к протестам только что созданной в Белграде «Ассоциации интернет-работников». Цель — помешать введению нового налога, который ухудшит финансовое положение десятков тысяч людей. На фотографиях с протестов можно увидеть транспарант с надписью: Nécu da odem («Я не хочу уезжать»). Он напоминает о том, что огромное количество людей каждый год покидают Сербию в поиске работы за рубежом. Этот пример показывает, что краудсорсинговые платформы уже привели к достаточно серьезной трансформации не только трудового мира, но и форм миграции, и самих миграционных практик.


Перевод с английского Марины Симаковой. Этот текст — часть спецпроекта BLACK BOX EAST, публикуемого в Berliner Gazette. Его немецкая версия доступна на сайте издания. Дополнительная информация, тексты, исследования и анонсы конференций на английском языке размещены на сайте проекта.

Ссылки на используемые в тексте материалы можно найти здесь. Статья основана на полевом исследовании, проведенном в Румынии для еще не оконченного проекта «Цифровизация труда и миграции». С краудсорсинговыми работниками Германии и Румынии было проведено 38 качественных интервью, которые частично составляют эмпирическую базу исследования. Участники интервью преимущественно задействуют в своей работе такие платформы, как Appen, Figure Eight, Upwork, Fiverr и Microworkers.

Авторы
Мира Уоллис
Научная сотрудница и PhD-кандидат в Institute for European Ethnology, а также в Berlin Institute for Integration and Migration Research (BIM) в Университете Гумбольдта. В своей диссертации она исследует краудсорсинговую работу с точки зрения различных форм и практик мобильности, которые определяют цифровой и домашний труд.
Мария Мавропулу
Родилась в 1989 году, живет и работает в Афинах. В своей художественной практике Мария использует в основном фотографию, хотя ее работа связана и с иными формами изображения и технологиями, такими как VR и LIDAR. В центре ее работы и исследований — новые реальности, обусловленные повсеместностью интернет-устройств и возникающими противоречиями между цифровыми и физическими пространствами, которые мы населяем. Больше информации можно найти на ее сайте.